26
Мар
2013

Наши главные цели в области законодательства о науке

Читайте также другие материалы по теме: 

Требования научного сообщества: предоставить научному сообществу право прямой законодательной инициативы в области науки и возложить на руководство МОН  персональную ответственность за полное исполнение всех положений закона о науке

Очевидно, что МОН хочет максимально присвоить функции управления наукой. Это ясно в свете заявления Ливанова о том, что РАН – это бесперспективная форма организации науки, она, мол, неэффективна и нежизнеспособна (интервью Эху Москвы от 24.3.13). Естественно, если РАН получает из бюджета почти 68 млрд рублей (на 2013 г.), то у МОН чешутся руки, чтобы самому попользоваться этими деньгами. К тому же роскошная собственность (земля, здания), которую, безусловно, можно использовать весьма выгодно и прибыльно, на что «нежизнеспособная» РАН неспособна (к счастью для науки). С точки зрения Ливанова, эффективны только университеты, их и надо финансировать.

Но Ливанов лукавит, сознательно или по незнанию. В Европе сохранилась и прекрасно функционирует система, аналогичная РАН. Например, в Германии это система институтов Макса Планка, во Франции – система академических институтов CNRS. Никто там не собирается эти системы крушить и ликвидировать, они вполне эффективны и конкурентоспособны на мировой арене. Главное в этих странах – разумный подход к научной политике и персональная ответственность чиновников министерств. Как раз этих качеств и не хватает сотрудникам МОН, пытающимся управлять наукой.

Отсутствие указанных качеств проявляется и в составлении законов о науке и многочисленных поправок к нему (как в тришкином кафтане, который трещит по швам, несмотря на кучу заплат). И в законе и в предлагаемых поправках не оговорено главное: кто уполномочен составлять такие законы и вносить поправки, почему само научное сообщество отстранено от этого процесса? В этот исключительный раз МОН милостиво позволило присылать замечания к поправкам аж в течение 2 недель, с 21.03.2013 до 05.04.2013. При этом Департамент государственной научно-технической и инновационной политики МОН вовсе не обещает, что присланные замечания будут рассмотрены и на них будет дан ответ (а не спущены в ближайший унитаз). В реальности предложения ОНР по организации научного процесса в РФ, выдвинутые на Общем собрании ОНР от 27.03.2013, гораздо разумнее, полезнее и актуальнее, чем все то, что до сих пор предлагало и предлагает МОН. Поэтому надо зафиксировать право общественных организаций научных работников непосредственно проявлять законодательную инициативу, самим вносить в Госдуму или в думы местного масштаба законопроекты или поправки к законопроектам, относящиеся к сфере науки. Кроме того, все законопроекты, так или иначе затрагивающие интересы научного сообщества, должны в обязательном порядке обсуждаться и визироваться независимыми общественными организациями ученых типа ОНР. Никто лучше нас, профессиональных ученых, не знает стоящих перед наукой проблем, с которыми нам приходится сталкиваться практически ежедневно. Сроки также надо закрепить законодательно: например, МОН обязано официально передать подготовленные поправки в законы о науке на рассмотрение ОНР, а последнее обязано открыто обсудить их в научной среде и не позднее чем через 2 месяца дать свое обоснованное решение: согласиться с проектом, либо внести в него свои правки, либо отвергнуть или отправить на доработку. Конечно, сейчас МОН это предложение вряд ли примет, но его надо настойчиво пробивать и начинать это делать надо уже сейчас, иначе наша наука как была, так и останется в загоне.

Второй важный вопрос – это безответственность МОН: законы с поправками прописали, опубликовали и… забыли. Никто из министерских работников – инициаторов закона – и не думает нести хоть какую ответственность за его исполнение. А если почитать пункты закона внимательно, то становится ясно, что значительная часть статей либо выполняется не полностью, либо полностью не выполняется. Например, в статье 9 раздела III Закона о науке отмечается, что: «Правительство Российской Федерации… содействует изданию научной и научно-технической продукции, приобретению научных журналов, книг, иных печатных изданий о научных и (или) научно-технических результатах за пределами территории Российской Федерации (…) гарантирует субъектам научной и (или) научно-технической деятельности доступ к указанной информации, право на ее приобретение и обеспечивает им доступ в международные информационные фонды и системы в области науки и техники». Многие ли из вас имели с 1996 г. свободный доступ к необходимым литературным источникам и базам данных, помощь МОН в издании и приобретении научных книг и журналов? Все это легко проверяемо, я могу точно сказать, что в нашем Институте доступны через Интернет не более 10%  необходимых научных изданий, а те немногие доступны лишь благодаря поддержке РФФИ, но никак не МОН, которое этот пункт закона утвердило. Наглядный показатель недееспособности и безответственности МОН – это ситуация с массовыми фальсификациями диссертаций, которая приняла угрожающий характер после того, как МОН взяло ВАК под свой полный контроль. МОН не нашло никого лучше, чем назначить на должность руководителя ВАК махрового проходимца и жулика в особо крупном размере. Спрашивается, какова ответственность МОН за развал подконтрольного ВАК и массовые фальсификации диссертаций, понес ли хоть кто из руководящих лиц МОН хоть какое наказание? Ответ – как всегда, никакой ответственности, никакого даже порицания. 

Поэтому надо обязательно внести поправку о конкретной ответственности Правительства РФ, в первую очередь МОН, за полное выполнение положений закона о науке. Каждый параграф закона надо связать с конкретным должностным лицом МОН (высокого уровня), который вместе с министром будет нести персональную ответственность за его исполнение. Критерии оценки выполнения того или иного параграфа могут быть выработаны ОНР и переданы в МОН для официального утверждения в качестве документа оценки деятельности сотрудников Министерства. В случае полного исполнения пункта закона ответственный за него чиновник получает дополнительное вознаграждение и возможность повышения по службе. В случае неисполнения – то или иное наказание, от понижения оплаты или должности до полного увольнения. Только тогда закон начнет работать не выборочно (в угоду МОН), а полноценно, на пользу науке.

Предлагаемые членами ОНР конкретные поправки, в частности, о командировках, конечно, полезны, но это частности, нам надо начать бороться за свои основные права. Будет у нас законодательная инициатива – и мы вместе выработаем такой закон о науке (с командировками и пр.), который сделает ее в России процветающей отраслью и двигателем прогресса. Добьемся персональной ответственности правительства за исполнение закона – и закон реально будет работать. Если для МОН важны не своекорыстные интересы и пустые амбиции, а желание способствовать развитию науки в РФ, то оно должно согласиться как с участием научного сообщества в законодательных инициативах, так и со своей ответственностью в исполнении законов о науке. По реакции на эту инициативу станет ясно, каковы истинные цели и замыслы МОН.

1 / 1
По-моему, исключительно верно

По-моему, исключительно разумное и точное как по содержанию, так и по форме письмо. Обидно будет, если оно останется документом внутреннего пользования. Мне кажется, Совет ОНР должен приложить усилия, чтобы распространить его через СМИ - как интернет-издания, так и бумажные. Можно, конечно, превратить его в очередную петицию с  сотней подписей, долго обсуждать и редактировать и посылать тому же Ливанову или вышестоящим (откуда вернется ему же), но результатом будет очередная отписка.

1 / 1
в дополнение

Если уж посылать кому-то персонально, то в нынешнем правительстве есть министр Абызов, ответственный за связь с "Открытым правительством". Скорее всего, "Открытое правительство" - это очередная популистская затея, но формально его функция - экспертиза законопроектов и связь с общественностью.

1 / 0
при всей моей нелюбви к чиновникам

пока, реформы инициируемые МОН в науке, более адекватны чем идеи академиков и даже нас с вами. Ученые фундаменталы по определению не обладают опытом позволяющим судить о месте науки в обществе и государстве, о влиянии фундаментальной науки на экономику. Многие из нас не способны оторваться от своих личных потребностей (типа - дайте большую зарплату лично мне а на остальных, все равно, их проблемы). Минобр  реагирует на наши призывы снизу (т.е. слушает не только академиков), Минобр старается набирать экспертов, причем формируя репрезентативную экспертную панель (т.е. должен быть некий срез научного сообщества включающего и ученых фундаменталов и прикладников и преподавателей и производственников) а не так как у нас - все эксперты меряются хиршами и дают советы по дальнейшему увеличению хирша, причем только в РАН и МГУ...

Хотелось бы напомнить, именно ученые снизу продвигали идею финансирования лучших (т.е. их самих) в ущерб худшим (т.е. остальных) и минобр создал ФЦП-шные проекты, мегагранты и прочее. Некоторые из худших ученых трясут своими хиршами теперь и удивляются почему это в лучших оказались люди с публикациями в вестниках и просятся к этим лучшим на оборудование, понимая что без подпитки новыми работами, хирш может и завянуть....

Да, МИНОБР это все делает ради перехвата контроля над наукой у академиков. Это везде так - поддерживаем низы чтобы избавится от конкуренции во власти, а уже потом можно и гайки позакручивать. Пока МИнобр играет на нашей стороне, он лучше академиков, более мотивирован создавать конкурентную среду в науке (правда это уже проходит, был на совещании, там хотят вернуться к планированию, как в ссср). В МИНобр способны более системно мыслить, в ОНР нет достаточно компетентных экспертов. Разве что физики могут адекватно рассуждать о своей физике и я обо всем остальном :)))

 

1 / 1
кому писать законы?

Я согласен с тем, что на вещи надо смотреть трезво, но не согласен, что мы, ученые, обречены быть пассивными и ждать милостей от чиновников МОН. Их преимущество в том, что это их основное занятие, они имеют доступ к общероссийской информации, а также помощь министерских экономистов, юристов и т.д. Но интеллектуального преимущества у них нет, очень часто в чиновники идут ученые-неудачники, которые таким образом пытаются компенсировать свою неспособность к науке. Помимо интеллектуального, у научного сообщества есть и другие преимущества: ясное понимание проблем в науке, с которыми они сталкиваются ежедневно, а также прямая заинтересованность их решить. Чиновник знает о проблемах понаслышке (если знает), а будут они решены или нет – ему от этого ни холодно, ни жарко. Я повторяю: нам сейчас надо напрячься и подготовить наши поправки в проект закона о науке, поправки о функциях, роли и ответственности министерств и ведомств в сфере науки. В этой части закона мы сможем выразить все то, что мы от них хотим, а также права научного сообщества при обсуждении и утверждении проектов и постановлений МОН.

НИ ОДИН ПРОЕКТ, ЗАТРАГИВАЮЩИЙ НАУКУ, НЕ ДОЛЖЕН ВЫХОДИТЬ ИЗ СТЕН МИНИСТЕРСТВ БЕЗ ОТКРЫТОГО ОБСУЖДЕНИЯ НАУЧНЫМ СООБЩЕСТВОМ И ТОЛЬКО ПОСЛЕ ПОЛУЧЕНИЯ ЕГО СОГЛАСИЯ.

Если мы сделаем это нормой, то дурацких законов и постановлений, мешающих заниматься наукой, у нас больше не будет.    

Страницы